zlodey

a_grabenich


Мысли вслух

Поденная записка Амвросия Грабенича


Previous Entry Share Next Entry
О стихах и прочем
wildcat
a_grabenich
Есть стихотворение Слуцкого, которое я очень люблю и которое считаю образцовым по архитектонике и логике развертывания сюжета. Его редко цитируют, — должно быть, не чувствуя особенной любви к его герою. Я тоже никогда не состоял в фан-клубе последнего, но мне кажется, что хорошие стихи негоже забывать, если предмет кажется неподходящим. А дополнительный повод опубликовать его — это задать вопрос: упомянутое в стихотворении увековечение памяти военачальника — чистая игра воображения поэта или такие идеи были у кого, — может, знает кто? В последних строках переименование описано как состоявшееся, вот я и интересуюсь.

(Кстати, забавное о сапогах. В стихотворении упоминаются сапоги, которых, как кому-то могло показаться, Гамарник не жалел. По воспоминаниям секретаря Гамарника И.М. Рачкова, опубликованных в 1964 г., Гамарник, распекая своих подчиненных, рассказывал: «Ко мне из Киева в Москву каждый год приезжает отец... и просит у меня мои старые кожаные сапоги, а я не даю. Увидят его знакомые рабочие в этих военных сапогах и скажут: “Сын служит в армии и ворует, где же старику больше взять такие сапоги”». Зачем я об этом сообщаю моим немногочисленным и долготерпеливым читателям, я и сам не знаю.)

Борис СЛУЦКИЙ

ПОСЛЕ РЕАБИЛИТАЦИИ

Гамарнику, НачПУРККА, по чину
не улицу, не площадь, а — бульвар.
А почему? По-видимому, причина
в том, что он жизнь удачно оборвал:

в Сокольниках. Он знал — за ним придут.
Гамарник был особенно толковый.
И вспомнил лес, что ветерком продут,
веселый, подмосковный, пустяковый.

Гамарник был подтянут, и высок,
и знаменит умом и бородою.
Ему ли встать казанской сиротою
перед судом?
Он выстрелил в висок.

Но прежде он — в Сокольники! Сказал.
Шофер рванулся, получив заданье.
А в будни утром лес был пуст, как зал,
зал заседанья, после заседанья.

Гамарник был в ремнях, при орденах.
Он был острей, толковей очень многих,
и этот день ему приснился в снах,
в подробных снах, мучительных и многих.

Член партии с шестнадцатого года,
короткую отбрасывая тень,
шагал по травам, думал, что погода
хорошая
в его последний день.

Шофер сидел в машине, развалясь:
хозяин бледен, видимо, болеет.
А то, что месит сапогами грязь,
так он сапог, наверно, не жалеет.

Погода занимала их тогда.
История — совсем не занимала.
Та, что Гамарника с доски снимала
как пешку
и бросала в никуда.

Последнее, что видел комиссар
во время той прогулки бесконечной:
какой-то лист зеленый нависал,
какой-то сук желтел остроконечный.

Поэтому-то двадцать лет спустя
большой бульвар навек вручили Яну:
чтоб веселилось в зелени дитя,
чтоб в древонасажденьях — ни изъяну,
чтоб лист зеленый нависал везде,
чтоб сук желтел и птицы чтоб вещали.

И чтобы люди шли туда в беде
и важные поступки совершали.

  • 1
Вот так, да? Ну так это место в русской поэзии и помимо Слуцкого хорошо отметилось:)))

В смысле Ирпень?

Улица Гамарника, судя по карте, не в Ирпене, а в Пуще-Водице. Я как раз поглядел, это рядом с Ирпенем, но это уже в черте города Киева (современного).

Edited at 2015-12-18 10:34 am (UTC)

Ну вот, а я-то уже представлял себе, что именно в этой роще Борис Леонидович целовался с Зинаидой Николаевной. И остатки дачной застройки на картинке выискивал.

А за Слуцкого спасибо.

Да что там. Давно хотел написать.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account